Закона нет, проблемы есть. Запрет на «смену пола» в России

Запрет на «смену пола» в России

В Госдуму России обещают внести проект закона о запрете смены гендерного маркера в документах. Уже несколько месяцев чиновники, депутаты и СМИ запугивают сообщество новыми проблемами. Документ пока не появился, а заявления государственных деятелей противоречат друг другу. Разбираемся, что понятно про запрет на «смену пола» в России.

Всерьёз говорить о возможном новом законе, куда страшнее чем запрет «пропаганды», начали в конце апреля. Подобные инициативы появлялись и раньше. Ещё в прошлом году что-то похожее предложил печально известный депутат Милонов. Его идея не получила ни поддержки, ни значимого резонанса. Но теперь о запрете смены графы «пол» в документах говорят на серьёзном уровне. Что же это такое?

Под «сменой пола» в данном случае подразумевается смена гендерного маркера, то есть отметки о том, является человек мужчиной или женщиной. 

Трансгендерные люди принимают много шагов для того, чтобы начать жить так, как им хочется, и одним из них может быть юридический переход – смена документов. Во время смены документов меняется гендерный маркер, также могут по желанию изменить ФИО на предпочитаемые человеком. 

Для того, чтобы это сделать сейчас используется справка №087/у: с ней приходят в ЗАГС или МФЦ и начинают процесс смены паспорта, свидетельства о рождении, СНИЛСа и так далее. Несмотря на возможные проблемы с бюрократией, в целом в большинстве случаев этот процесс не сложен. 

Теперь же трансгендерные люди стали новым инфоповодом, с помощью которого власть разжигает ненависть и отвлекает внимание граждан. 

Ложь и запугивание общественности

Правительство сфокусировалось на трансгендерных людях, сделав из них новую мишень. Так, председатель ГД Вячеслав Володин прокомментировал «актуальность проблемы»:

«Человек утром встаёт, идёт покупает справку в платных клиниках. При этом в комиссиях нет психиатров и психологов – никого, кто бы изучил его состояние, потому что подписано соглашение с ВОЗ. А затем предоставляет документ о смене пола, фамилии, имени, отчества. В эту практику втягивают детей, чтобы они пошли на гормональную терапию».

Володин лжёт буквально в каждом слове своей речи, которую повторил уже минимум дважды.  

Трансгендерные люди не «покупают» свои справки, а проходят через комиссию – приёмы у нескольких врачей, которые в свою очередь решают, действительно ли человек трансгендерный и нуждается в переходе. В комиссию входит врач-психиатр, врач-сексолог, клинический психолог и врач-психиатр, который является председателем комиссии. Прохождение комиссии недоступно детям: её может пройти только человек 18 лет или старше. 

Но общественность об этом не знает, а потому в головах у многих создаётся впечатление, будто трансгендерные люди и правда опасны для детей, так как «втягивают» их в гормональную терапию. 

Запугивают не только цисгендерные массы: на протяжении всего месяца нагнеталась обстановка, ещё больше пугая транс-людей, которые просто хотели ясности о том, что именно будет в тексте законопроекта. Каждый раз, когда ожидалось, что текст наконец-то будет доступен для просмотра, его так и не показывали, и сообщество оставалось в напряжении. 

Но финальную формулировку власти так и не выбрали. Правозащитник Игорь Кочетков пишет: «Каждый [в Думе] услышал нечто своё. Даванков толковал о «запрете смены пола без проведения хирургической операции». Депутатке от КПРФ Ирине Филатовой послышалось, что запрещать будут как раз «операции по смене пола». Депутат Николай Николаев […] уверяет, что запретят и то и другое. То есть, о чём именно речь депутаты не знают, но уже активно обсуждают».

Когда общественность узнает, в чём же заключается закон и какие в нём формулировки, станет понятно, как можно к нему адаптироваться и какие возможности остаются. Сейчас же нас продолжают держать в неведении, скорее всего намеренно. 

Мнение юриста

Александр, юрист Проекта Правовой помощи трансгендерным людям, про запрет на «смену пола» в России говорит:

«Минздраву тут действительно есть о чём подумать, особенно если планируется решать вопрос на уровне федерального закона. 

[…] Поскольку изменение [гендерного] маркера допускается только для тех, у кого есть психическое расстройство (юридически транссексуализм – психическое расстройство), то все требования к гражданам, меняющим пол, должны соответствовать закону об основах охраны здоровья граждан и закону о психиатрической помощи. В частности, закон об охране здоровья говорит о том, что все вмешательства осуществляются только с согласия гражданина. Закон о психиатрической помощи запрещает ограничение прав и свобод лиц, страдающих психическими расстройствами, только на основании психиатрического диагноза.

[…] Маловероятно, что закон примут скоро – нет согласованной позиции всех органов власти». 

Почему юридический переход так важен для транс-людей

Смена документов нередко необходима трансгендерным людям, чтобы избежать насилия, изоляции и преследования. Если законопроект примут, многие транс-люди окажутся в ситуации, где их внешность не будет соответствовать документам, и не смогут их поменять. 

Из-за того, что сейчас транс-людей показывают как некую опасную массу, как никогда важно помнить об индивидуальности перспективы каждого отдельного транс-человека. Мы поговорили с несколькими трансгендерными людьми о том, как они переживают новости о готовящемся законопроекте. Вот что они сказали:

«Так как я планирую ЗГТ андрогенами, моя внешность со временем поменяется весьма заметно. «Ж» маркер в документах фактически лишит меня возможности спокойно находиться в любых местах и получать услуги, где потребуется предъявить паспорт», – говорит Кирилл из Москвы. 

Как объясняет Ян Дворкин, глава активистской организации Центр Т, у транс-людей возникнут большие сложности с любыми юридическими сделками, обращениями в медицинские организации, путешествиями и поездками, обучением, устройством на работу.

«Я не хочу иметь проблем из-за несоответствия своего внешнего вида и паспортных данных, как минимум из-за работы», – говорит Алекс Антти из Нижнего Новгорода. 

https://t.me/parni_plus
[adrotate group="1"]

А трансфеминные люди на гормональной терапии, выглядящие как женщины, но имеющие мужской гендерный маркер, рискуют оказаться в армии. Там их с большой вероятностью ждёт насилие и преследование со стороны других военнослужащих. 

Неправильные документы также могут вызвать всплеск социальной дисфории – сильного дискомфорта из-за обращения по старым имени и местоимениям. В таких случаях дисфория может возникнуть на приёме у врача, на почте, в университете или на работе, и во многих других местах. Это как минимум отвлекает, а в худших случаях приводит к ухудшению ментального состояния. 

«Сейчас все дела, которые требуют предъявления документов, представляют для меня проблему и вызывают стресс. Я постоянно сталкиваюсь с непониманием и агрессией, которая в последнее время заметно возросла. Смена документов сделала бы мою жизнь безопаснее. Снять жильё, устроиться на работу, получить медицинскую помощь стало бы намного проще. Это не решило бы остальных проблем, но для их решения я мог бы действовать эффективнее и свободнее», – говорит Эрик из Москвы. 

Сегодня трансгендерным людям очень тяжело: они знают, что ситуация ухудшается, но также понимают, что ничего не могут с этим поделать. Новости про запрет на «смену пола» в России подрывают их состояние. Многие описывают чувства ужаса и безысходности, а также непонимания, что делать дальше. 

«Когда услышал о законе, я подумал, что эта страна летит в бездну. Отчаяние, страх, понимание абсурдности всей ситуации. Очень страшно. Осознание, что в этой стране я не смогу быть собой, что все дороги передо мной закрываются. Страшно, что не успею сменить документы. В целом мои прогнозы с момента, когда впервые услышал о законе, становятся хуже день ото дня […] Я уже не считаю, что у меня есть будущее, как у трансгендерной персоны», – пишет Уильям из Москвы. 

«Как только прочитал эту новость в канале Центра Т, то перестал дышать. Все планы начали буквально рушиться. Планировал съездить на комиссию, уже и деньги есть, вернуться, сменить доки и уже дальше выстраивать своё будущее, карьеру, но этот запрет может просто перечеркнуть всё», – пишет Рик из Казани. 

«Из-за закона я поняла, что не смогу выйти замуж за своего молодого человека, не смогу завести ребёнка, не смогу строить спокойную и счастливую жизнь. На данный момент пытаюсь найти деньги на комиссию и как можно скорее совершить переход. […] [Я хочу] не бояться, что у меня всё заберут из-за людей, которые даже не разбираются в теме трансгендерности и перехода», – говорит Саша из Москвы. 

«Без смены документов я бы не смог пойти учиться дальше, работать и жить», – пишет Юра из Благовещенска. 

«[Юридический переход] позволит мне быть собой не только с близкими друзьями, но и вообще, в учебном заведении, в документах, в дипломе. Я смогу переехать и быть собой на новом месте, а не мучиться из-за мисгендеринга и деднейминга», – говорит Мир из Воронежа. 

Ещё большие трудностей

Эта проблема стоит ещё более остро для людей из областей, которым куда сложнее попасть на комиссию в Москве или Санкт-Петербурге. В обычных условиях у них бы было время накопить денег на поездку, но сейчас для многих это не представляется возможным. 

Также в особо тяжёлой ситуации оказались молодые люди. Если раньше подростки, ещё не достигшие совершеннолетия, могли надеяться, что рано или поздно смогут распоряжаться своим телом, менять документы и жить так, как считают нужным, то сейчас ситуация станет намного хуже. 

«Мы очень боимся, что после выхода закона, потеряв надежду справиться с дисфорией и нормализовать свою жизнь, не получая ни от кого помощи, трансгендерные подростки будут чаще выбирать прекратить эту жизнь», – говорит Ян. 

Многие могут подумать: «Но ведь смена документов не будет запрещена полностью! Разве нельзя просто сделать операцию и после пройти юридический переход?»

Проблема в том, что далеко не все трансгендерные люди хотят проходить через операции, не всем они нужны. На данный момент процесс перехода сравнительно лоялен: после прохождения комиссии и получения справок каждый может сам для себя решить, что он хочет делать. Кто-то выберет операции, а кто-то нет. 

Но рассматриваемый сейчас законопроект может привести к тому, что трансгендерные люди будут вынуждены соглашаться на операции – без какой-либо в них нужды или желания.

И даже те, кто хочет операций, окажутся в неудобном положении: большинство операций стоят очень дорого. Многие попросту не смогут накопить на них денег, а значит у них не будет возможности сменить документы. Вполне возможно, что трансгендерным людям придётся прибегать к услугам подпольных клиник, чтобы пройти необходимую для смены документов операцию, тем самым подвергая себя большой опасности. 

Не всё потеряно

В связи с новостями комиссия Центра Т подключила ещё больше врачей и стала принимать без очереди. Вот что говорили врачи комиссии:

«…Друзья! Главное сейчас – не поддаваться панике, не дать себя уничтожить! 

Возможно, на какое-то время процесс трансперехода сильно усложнится. Но ночь не бывает вечной, а самый тёмный час, как известно, перед рассветом. И это время нужно пережить. Мы понимаем, как гендерная дисфория отравляет жизнь, и мы – с вами!

Мы будем делать всё, чтобы работать в любых условиях, и мы верим, что все мы справимся, мы выживем и дождёмся светлых времен, когда законы о том, как нам жить, будут принимать адекватные люди». 

ЛГБТК-сообщество в РФ очень сильно. Есть множество активистских проектов и инициатив, бесплатных ресурсов и возможностей для объединения. Вместе мы обязательно справимся!

Юрий Каан

[adrotate group="5"]

Не пропусти самые интересные статьи «Парни ПЛЮС» – подпишись на наши страницы в соцсетях!

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово
Яндекс.ДЗЕН | Youtube
БУДЬТЕ В КУРСЕ В УДОБНОМ ФОРМАТЕ