Незаметные участники: партнёры людей, живущих с ВИЧ, и насилие

дискордантные отношения

1 декабря весь мир проводит День борьбы со СПИДом. В этот день принято тестироваться, узнавать о ВИЧ больше и вспоминать о глобальных целях обуздать эпидемию к 2030 году. В фокусе внимания всегда люди, живущие с ВИЧ, но очень редко — отношения (и дискордантные отношения), которые они строят.

А зря. Как гей с абьюзивными замашками, бывший в дискордантных отношениях (где у одного партнёра есть ВИЧ, а у другого нет), я хочу поговорить именно о них.

Люди с ВИЧ — прежде всего люди. Казалось бы, на этом можно закончить: все отношения как у всех, насилие как у всех. Но было бы нечестно так сделать. Люди с ВИЧ — уязвимая группа, и множественная стигма сказывается на их отношениях.

Абьюзер, но хотя бы партнёр

Когда я вступил в отношения с ВИЧ-положительным парнем, я уже был долго в психотерапии и моя склонность к абьюзу заметно снизилась. Но тогда я ещё не признался себе, что был абьюзером в других отношениях — а значит, не боролся с самым корнем проблемы.

Что это значило для моего партнёра? В первую очередь — красные флажки. Моя резкость, раздражительность — всё это могло бы перерасти в гораздо более серьёзные проблемы, если бы отношения не распались так быстро. Но кто смотрит на эти красные флажки, если кажется, что кроме них ничего лучше и нет?

Это нормально для стигматизированных людей — терять в самооценке. Мой парень не так давно узнал, что ВИЧ-положительный, и в его глазах мир рухнул. Он не раз повторял мне: «кому я нужен?», «зачем я тебе? найдёшь здорового!» и подобные вещи. Я не знаю, хватило бы ему сил порвать со мной, если бы я не настоял на психотерапии для него — и это тоже было про контроль с моей стороны, хоть и в этот раз оказавшийся не вредным.

Страшно расставаться

И я сейчас не про то, что любой разрыв болезненный. А про то, что в России до сих пор действует статья 122 — по ней каждый ВИЧ-положительный отвечает за риски для своих партнёров. И хотя на неопределяемой нагрузке рисков нет, государство это до сих пор не признаёт — и это ещё один поводок, на котором партнёры-абьюзеры могут держать своих жертв.

Знаком с парнями, которые после «плюса» на тесте переставли знакомиться с ВИЧ-отрицательными наотрез. Их довольно много: часто с таким запросом приходят на группы поддержки, и ведущим приходится выгонять охочих до знакомств участников, ведь группы-то про другое. Мой бывший долго сомневался, готов ли на отношения с «минусом», и ещё дольше — можем ли мы отказаться от презерватива. И это при том, что он ещё до нашего знакомства дошёл до Н=Н и никак не мог передать мне ВИЧ. «А вдруг что?». Я знал, что могу дёргать за эту ниточку. Стыжусь, что замечал её, но горжусь, что не воспользовался.

Кто ещё на меня посмотрит

А это уже про меня. Полный, злобный и постоянно загруженный парень — совсем не воспринимающий себя как ценного на рынке отношений и секса. И тут, смотрите, подвернулся другой человек с низкой самооценкой!

Все отношения я уверял себя, что выбрал его не из-за его ВИЧ-статуса. Но могу ли я честно сказать, что это так? Я, разумеется, чувствовал, что для него я ценнее, чем для любого другого парня. Просто потому что у него есть свой «скелет» в шкафу — и пока он воспринимал его так, прощал и мне мои недостатки.

Кто в этой конструкции в выигрыше? Никто. Строить отношения потому, что обоим кажется, будто их никто не выберет — плохая стратегия.

t.me/parniplus
[adrotate group="1"]

Не повезло мне — достанется тебе

И хотя мне как абьюзивному человеку веры мало, я всё-таки скажу, что психологическое давление в тех отношениях было взаимным. Казалось бы, где логика: я в доминирующем положении, парень держится за меня и боится разрыва. Но всё запутаннее.

Мне приходилось строить отношения, в которых после каждого шага мой парень плевался и говорил: «да всё со мной кончено уже!». И это сказывалось на всём. В этих отношениях я не изменил ни разу — а он дважды. И оба раза, рыдая у меня на коленях, он повторял свою защитную мантру: якобы он конченный человек, что с него взять, «да брось ты меня уже!».

Вы бы после такой фразы бросили? Я не смог.

Ниточки, за которые я бы мог дёргать его, работали в обе стороны. «Конечно, тебе легко, знаешь же, что я больше никому не нужен!» — примерно так он мне однажды сказал. Нет, это было нелегко.

Спасибо ему, что он закончил эти отношения

История разрыва никак не связана с его ВИЧ-статусом. И рассказывать я её не буду. А вот чем поделюсь — так это соображениями, как этих проблем избежать.

  1. Чем меньше стигмы — тем меньше рисков. Мы не можем повлиять на весь мир, но создать принимающую атмосферу в своём «пузыре» — вполне.
  2. Самооценка. Всем партнёрам в дискордантных отношениях можем понадобиться психолог — чтобы помнить, где наши границы.
  3. Мы — это не наш ВИЧ-статус. Ни я, ни партнёр никак не характеризовались тем, какой у нас результат теста. Тест это тест, не он строит отношения, а мы.
  4. Партнёрская терапия. У всех пар и поликул могут быть причины пойти вместе к психологу — но в дискордантных отношениях их на одну больше.
  5. Жизнь не закончится, если мы расстанемся. В здоровых отношениях люди не держатся друг за друга как утопающие. Это работает в любых союзах, но в дискордантных такая логика делает ещё большее и усугубляет стигму, с которой сталкивается положительный партнёр.

Ярослав Распутин.

Дискордантные пары. Плюс и минус: противоположности притягиваются

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

[adrotate group="5"]

Не пропусти самые интересные статьи «Парни ПЛЮС» – подпишись на наши страницы в соцсетях!

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово
Яндекс.ДЗЕН | Youtube
БУДЬТЕ В КУРСЕ В УДОБНОМ ФОРМАТЕ